Андрей РУМЯНЦЕВ

В недавние года жил-был известный лирик...

                               Памяти Владимира Соколова


В недавние года жил-был известный лирик,
Не записной эстет, не липовый бунтарь,
Не комнатный певец, не пуганый сатирик –
Поэт, писавший так, как избранные встарь.


Когда он вышел в путь, с его чудной страницы,
Лежавшей, может быть, у самого окна,
Вспорхнули к потолку и вдруг запели птицы,
И прянула с небес всей жизни глубина.

И после, жизнь спустя, он видел даль иную,
И оставлял следы на солнечной траве,
И обожал всегда он тишину лесную,
Как бабочку, вносить в Москву на рукаве.

Спешите, господа, враги тогдашней власти,
Цензуру проклинать и темень над страной.
А он назвал народ свой золотым
                                          от счастья,
Что может в нём мерцать посмертной сединой!

Евгений Евтушенко

На смерть друга 

Владимир Соколов
1928-1997


Когда я встретил Вл. Соколова,
он шёл порывисто, высоколобо,
и шляпа, тронутая снежком,
плыла над зимней улицей "Правды",
и выбивающиеся пряди
метель сбивала в мятежный ком.

Он по характеру был не мятежник.
Он выжил в заморозки, как подснежник.
Владелец пушкинских глаз прилежных
и пастернаковских ноздрей Фру-Фру,
он был поэтом сырых полениц
и нежных ботиков современниц,
его поэзии счастливых пленниц,
снежком похрапывающих поутру.

В метели, будто бы каравеллы,
скользили снежные королевны
и ускользали навек из рук,
и оставался с ним только Додик -
как рядом с парусником параходик,
дантист беззубый, последний друг.

Висели сталинские портреты,
зато какие были поэты!
О, как обчитывали мы все
друг друга пенящимися стихами
в Микишкин-холле, или в духане,
в курилке, или в парилке в бане,
в Тбилиси, Питере, Москве!

Рождались вместе все наши строчки,
а вот уходим поодиночке
в могилу с тайнами ремесла.
Но нам не место в траурной раме.
Непозволительно умиранье,
когда поэзия умерла.

На наши выстраданные роды
ушло так много сил у природы,
что обессилела потом она,
мысль забеременеть поэтом бросив.
Кто после нас был? Один Иосиф.
А остальные? Бродскоголосье -
милые люди или шпана.

Мы все - приёмыши Смелякова -
Жана Вальжана века такого,
который сам себе гэбист и зек.
Мы получили с лихвою славу,
всю, недоставшуюся Ярославу,
но с нами вместе и по праву
войдёт в безлагерный новый век.

Ещё воскреснет Россия, если
её поэзия в ней воскреснет.
Прощай, товарищ! Прости за то,
что тебя бросил среди разброда.
Теперь - ты Родина, ты - природа.
Тебя ждёт вечность, а с ней свобода,
и скажет Лермонтов тебе у входа:
"Вы меня поняли, как никто..."

25 янв 1997

Виктор Широков

ОБЩИЙ АДРЕСАТ

                       Памяти К. Левина

Поэт Владимир Соколов
читал стихи самозабвенно.
В них были ревность и любовь,
и постоянство, и измена.
Я думал: он свои стихи
читает - давние... Как странно!
Но почему слова сухи
и много лишнего старанья?
Он дал мне общую тетрадь,
где были собраны заметки
про alma mater; повторять
не буду; замечанья едки...
Но был абзац - как Песней Песнь,
почти любовное признанье...
И вздрогнул я: неужто есть
магическое волхвованье?
Я тоже адресата знал;
он мне втолковывал дотошно,
что стих бывает темен, вял
и дрябл, словно весной картошка.
Так значит, слово не мертво,
когда его хранят живые;
и песенным пропето ртом
оно гуляет по России.
Домой вернувшись, я нашел
означенную переписку.
Мечтаний прежних ореол
вдруг вспыхнул весело и близко.
Мне было 18 лет...
Как восхитительно! Как грустно!
Ах, пусть потом другой поэт,
разворошив вот так же чувство,
поймет, что слово не мертво,
когда его хранят живые;
и песенным пропето ртом
оно гуляет по России...

Эрнст Саприцкий

Владимиру Николаевичу Соколову 

1928-1997

О родина,

твои ухабы,

Твои яремы и поля…

В. Соколов

Мне дорога его Россия,
Она к тому же и моя,
Мне наша дорога Россия,
Святая русская земля.

Мне дороги ее ухабы,
Ее леса, ее поля,
И русские простые бабы,
Ведь, на одной женат и я.

И близки мне ее тревоги,
Ее печаль, ее тоска,
Я часто думаю о Боге,
Наверно, смерть уже близка.

Но я б хотел еще пожить,
Не для того, чтоб пировать,
Нет, не успел я изложить
Все то, что хочется сказать.

Мне б эту книгу дописать
Хотя б до тысячи имен,
Чтоб мог потомок мой сказать:
«Да, жизнь недаром прожил он…»

Давид Самойлов

"Стихи читаю Соколова…"

Стихи читаю Соколова -
Не часто, редко, иногда.
Там незаносчивое слово,
В котором тайная беда.

И хочется, как чару к чаре,
К его плечу подать плечо -
И от родства, и от печали,
Бог знает от чего еще!..

Давид Самойлов

*   *   *

                                 В. Соколову

Какая это все мура —
Со смертью жалкая игра!
Какая это робость мысли,
Что смерть есть жизнь
В известном смысле.

И вправду ли тебе известен
Тот смысл?
И если будешь честен,
Напрасно не произнесешь
Нас унижающую ложь.

О, жизнь есть смерть,
В известном смысле.
Вот, видишь, яблоки нависли,
Вот, видишь, покраснел томат.
Все это ты, мой бедный брат.

Ты жил, чтоб стать томатной пастой…
А жизнь твоя была опасной.
Ты был поэтом, Соколов!
Теперь тобой заправят плов.

Напрасно, милый мой Володя,
Надеяться на что-то вроде
Бессмертья. Ты – матерьялист.
И даже я. И все нам ясно.
И видимо, живем напрасно.
И кажется, уйдем в навоз.
Мы станем удобреньем роз.

Анатолий Парпара

Памяти Владимира Соколова

Сорок лет нашей дружбы промчались —
Были в них лучезарные дни!
На любви эти дни настоялись,
Настоялись на правде они.
В табуне этих дней незабвенных
Столько солнечных было коней —
До сих пор, словно гимн, вдохновенны,
Обаятельней жарких речей…
Соколовская песнь об Отчизне,
Словно радость, светла, и нежна.
Он не думал о славе при жизни,
А при Боге она не нужна.

Анатолий Парпара

                         *   *   *

                Я жил в горах, легко и гордо
                                  Владимир Соколов

«Я жил в горах...» —
Раскованно и ново, —
Дыханье не дает перевести.
От бормотанья строчек Соколова
Мне не уйти.
И незачем идти.

Не в подражанье этом суть. А впрочем,
Коль есть чему, то надо подражать.
Влиянья поэтичных, нервных строчек
На ум и сердце нам не избежать.

Учитесь подражать, пока не поздно...
Но у творца — особенная стать!
И чтоб создать сияющие звезды,
Необходимо целый мир создать.

И лишь тогда придет,
Как откровенье,
Доверчива, стремительна, легка,
Смешав понятья века и мгновенья,
«Я жил в горах...» —
Уже твоя строка.