Любовь Сушко

Гавриил или Мефистофель? Август. Погиб поэт

Погиб поэт 7 августа 1921 года

21 августа был расстрелян Николай Гумилев - так

победители уничтожали серебряный век.

Упала тень на бледное лицо,
И карканье ворон казалось бредом.
Он понял – не подняться ни за что.
Путь к облакам желанен, но неведом.
И ангельский во мгле маячил лик.
А женщины в его аду рыдали.
- Но там не он, истерзанный старик.
-Нас обманули, нет, не он, едва ли.

И снова ворон каркает в тиши,
Кому, о чем пытается поведать?
А девушка по Невскому спешит
Туда, к Поэту, к взлетам и победам.
И верит, что она его спасет,
Пусть у окна уже рыдает Анна,
И мелкий-мелкий дождь устало бьет.
По мутным стеклам, призрачно и странно...

В такую ночь несется наша жизнь
От финиша отчаянно к началу,
-Останься с нами, милый, продержись,-
Там тихо мать бессильная шептала.
Но он не слышал. И не слышал Бог.
И пили обреченно комиссары.
- Там, в пустоте сегодня умер Блок,
Его убили мы, - и замолчал он.

Как долго Луначарский выл в бреду -
Припомнят все, как только протрезвеют.
Двенадцать. Невский. В пустоту бредут,
Кричат вороны. Души их мертвеют.
Живой средь мертвых. Нет, кошмарный сон.
Заря седьмого августа настанет,
И все сотрет, и вопли их и стон,
Лишь танец Саломеи –страшный танец.

И Ироды, бредущие толпой,
Иные страсти в бездне ощутили.
- Сегодня умер Блок. – Да бог с тобой,
Они его давно похоронили.
А Анна к мужу в пустоту спешит,
За что-то он недавно арестован,
И только дождь, и рядом ни души,
Дождь заглушает и шаги, и стоны.

Еще гремит гражданская война,
И озверело брат идет на брата.
Душа стремится к небу из окна,
Убит поэт, погиб, грядет расплата.
Мир покачнулся, в пустоте пожар,
Убитый ворон рухнул возле окон.
Как пережить потери и кошмар.
-Кто там вопит: - А мы убили Блока*…

И все еще поет церковный хор,
Там девы об убитых голосили.
Христос распят, расстрелян он в упор.
Погиб поэт и больше нет России.
Тень адмирала, император нем,
Все рушится, как пустота пугает.
Мы все забыли о любви совсем,
Лишь Маргарита Мастера спасает…

* Это мы убили Блока, -забывшись кричал нарком просвещения Луначарский
(из воспоминай о том дне, о том августе)

Любовь Сушко

Последний день в забытьи. Великолепный

Увижу я, как будет умирать..

А.Блок

Все женщины застыли у двери,
И дождь до нитки вымочил прохожих,
Там улицы, аптеки, фонари,
Но этого увидеть он не может.
И строчки замирают на устах,
Мать и жена внезапно примирились,
И остается пустота и страх,
Как горечь и тоска, как сон и милость.

Кармен танцует где-то в небесах,
Он Снежной маски видит очертанья,
Но остаются пустота и страх,
И вой сирен, прощенье и прощанье.
Лет через сто он так же дорог всем,
Нет, все не правда, там еще дороже,
И в свитках ненаписанных поэм
Лишь палачей отчаянные рожи.

И гул страстей стихает, и молва
Теперь бессильна разбудить Поэта,
Душа летит туда, на острова,
И храп коня, он написал про это,
И женщины отчаянная страсть,
Все это было,но ушло куда-то,
А остается призрачная власть,
Как пораженье, горечь и утрата,

И поцелуи Снежных королев,
И ревность королей, все это было,
Но он несется в пустоту скорей,
Там вечность и Пилат, нет, там могила.
Дорожки лунной смутные черты,
Стон матери, жены немая сила,
И поцелуи, бездна высоты,
Все это было, да, когда-то было.

Усадьба сожжена, нет силы жить,
Никто не сможет возвратить былое,
И только смуты призрачная нить
На миг глаза откроет, и закроет.
За ним во след рванется Гумилев,
Томиться остается две недели,
И где-то там, среди чужих пиров,
Продолжат диалог, и в самом деле

Ничто Поэтов не спасет от тех,
Кто и двух слов связать потом не сможет,
Они ушли и, слыша Музы смех,
Он оглянется – жутко и тревожно.
Там женщины застыли у двери,
Смерть впереди, но как она прекрасна,
Ее он выбрал, черт их побери,
Для них печаль, а для него-то праздник.

Необъяснимо, что им объяснять?
Неповторимо – лунная дорожка,
И он уйдет, чтоб боль свою унять,
Седьмое, август, подожди немножко.
Нет силы ждать, тоска и пелена,
Последних снов, стихотворений жалость,
Когда тебе объявлена война,
То смерть и сон, тот свет - такая малость,

Но оглянется в пустоте Пилат,
И остается вечность за спиною.
И Снежной королевы дерзкий взгляд,
И истина в вине, и с той виною
Не выжить, не осилить этот путь.
И Невский замер в пустоте зловещей,
Не хочется забыться и свернуть,
Не хочется стихов, вина и женщин.

Все кончено, и странно ал рассвет,
Где нет его, и никогда не будет.
И только весть: Убит, убит поэт.
Разбудит многих, может быть разбудит…


Великолепный. Сон о Блоке


У него глаза такие, что влюбиться каждый должен.
А.Ахматова

Она исчезает, во мраке она растворится,
А он не окликнет. Останутся только стихи.
Лишь маски мелькают в метели, теряются лица.
За ним, как метель, незнакомка напрасно летит.

Смеется старик, в эту бездну его увлекая,
Молчит пианист, и хрипит обреченно рояль,
И только цыганка, из вьюги немой возникая,
Танцует, над бездною, сбросив одежды, он шаль

Протянет ей снова, укутает он обнимая,
О, жрица немая, с тобой откровенен поэт.
Тебе он поверит, актрисы притворно рыдают,
И громко смеются враги, и прощения нет

Игрушка судьбы, чародей запоздалой метели,
Куда он несется, и с кем проведет эту ночь
В пылу маскарада, куда его тройки летели,
И черная роза покорно лежала у ног.

Страшна его власть, а стихи его странно прекрасны,
И Демон безумный, впервые парит в небесах.
Молчит Пианист, все мольбы и усмешки напрасны.
Коснуться щеки, утонуть в этих синих глазах.

И после не жить, а писать и случайно встречаться,
И память хранить о растаявшей где-то вдали,
Отчаянной встрече, им было обещано счастье.
Безумное счастье, но им не дожить до любви

Любовь Сушко

Мы убили поэта 7 августа

           7 августа –день гибели Блока

-Мы убили поэта, -вопил Луначарский,

Но его быстро заставили замолчать

Девушка больше не пела,
Все замирало в тумане,
Гибкое страстное тело
Нет, никого не обманет.
Он задохнулся от жара,
И от грядущих расстрелов,
В храмах тоска пробежала.
Девушка больше не пела.

Что остается седьмого
В августе миру и свету,
Только печали былого,
Только стихи и кометы.
Кони далекие ржали,
Были поэты убиты,
Женщины в древней печали
Снова творили молитвы

Но на забытой поляне,
Как и тогда хороводы,
Велес один не обманет,
Моча эпоха уходит.
И на Смоленском от зноя
Замерли ливни косые.
Мы остаемся в тобою,
В пепле ушедшей России.

Снова хрипит за туманом
Кто-то, а кто непонятно
Снова живем лишь обманом,
И произносим невнятно
То, что уже не случится,
То, что давно отболело,
Солнце слепое лучится,
Девушка больше не пела.

- Мы погубили поэта!-
-Снова нарком завывает.
Выданы миру секреты,
В поле костер догорает,
Молча стоят Берегини,
Молча уходят пророки,
Связи не будет отныне,
С гением прошлой эпохи.

И в тишине, и в сиянье
Грез, позабытых навеки,
Только туман расставанья,
Только молитвы о смерти.
Девушка больше не пела,
Рухнули мертвые храмы,
Он задохнулся, летела
С неба комета упрямо…

В гибели нет воскрешенья,
Там комиссары пируют,
Август уходит в забвенье
Смерть и разруха лютуют.
И ничего от России
Нам не останется более,
Только распятый Мессия
Корчится снова от боли

Любовь Сушко

Достоевский и Блок. Мистическая метель

А.Блок родился28 ноября 1880 года, Достоевский умер 9 февраля 1881 года

В день рождения поэта он был в профессорском доме и слышал первый крик младенца

Увижу я, как будет умирать, Вселенная

А.Блок

Профессор слышит крик и Достоевский,...
На первом этаже ведя беседу
О мировых проблемах, даже с блеском,
И с болью говорят, что путь неведом,
И вдруг его внезапное явление,
И рухнули победы мировые,
О это было светопреставленье,
Поэт родился в сумрачной России.

Понять не мог печальный император,
Что будет дальше, для чего все это?
Он проявлял и волю и характер,
Он ничего не ведал про поэта.
К окну шагнула бабушка внезапно,
Там Пушкин промелькнул в лучах заката,
И растворился, громко и с азартом,
Бунтовщики кричали про расплату

А он смотрел на мир, не понимая,
Что будет дальше, что еще случится,
И Пианист в тревоге исполняет
Этюд Шопена – сын во тьме родился.
Все это было странно и печально,
И только мать молчала виновато,
Век растворяясь, сохранил все тайны,
Их всех толкая к пропасти куда-то

Два месяца пройдет его не станет,
И Достоевский скроется вдали,
И как порою странно в русском стане
Жить снова в ненависти и любви.
В усадьбе старой липы шелестели,
И впереди холодная зима,
И что же дальше будет в самом деле?
Коснется мира этот бунт и тьма.

Рождение и смерть в своем бессилье
Уносят души, душно и темно,
И только розы черные кружились
И падали на снег в тот миг шальной.
И люди прозревая, прозевали,.
Весь ужас бунта, весь его на накал,
И новые миры мы открывали,
Никто исхода страшного не знал.

Любовь Сушко

6 августа, последний день. Монолог в пустоту

6 августа 1921

Последний день, и ливень за окном,
Их голоса откуда-то из ада,
И тени наполняют тихий дом,
И надо попрощаться иль не надо.
Зачем они явились и к кому,
Понять бы это, только все пустое,
Вода стекает по окну во тьму,
И ждать рассвета нет, уже не стоит.

Двенадцати чеканные шаги,
Сенатской эта мокрая громада,
И кто –то шепчет снова:- Подожди,
Не уходит туда, пока не надо.
Но как остаться, если все кругом
Так скомкано, давно никто не дышит.
И смерть пришла в свой опустевший дом,
Но мне не жить, - они меня не слышат.

Уехали, растаяли. Париж.
И там царит сегодня Зинаида,
Вода стекает с потемневших крыш,
Я вроде жив еще, скорей для вида.
О, Незнакомки дивные черты,
Арестовали где-то Гумилева.
Ему мешал я, мертвые цветы
Так странно пахнут, все забыто снова.

Там Анна, для чего она опять
Меня терзает, Натали не вышла,
И долго будут бабочки порхать.
Я шелест крыльев мокрых снова слышу…
Что за причуды, наплывает ночь.
О нет, она не сменится рассветом,
И старый пес рычит, несется прочь,
И нет надежды, и спасенья нету.

О, Ксения, легки твои шаги,
Прости меня, пойми меня, а впрочем,
Все все равно, ты письма береги
Или сожги их на костре той ночью.
Лишь красной ленты обнаженный след,
И песня ветра мокрого в тумане.
Давно я понял, что спасенья нет,
В лес мертвых Незнакомка нынче манит.

Не встать, не подойти к окну теперь,
Не распахнуть его, душа закрыта,
И только там за дверью дикий зверь,
Все путает и лица и события.
Чего они хотят, что им сказать,
Шаги стихают, и рассвет так близко
Но все, довольно, хватит мне страдать.
Что там маячит? Столп Александрийский …

- Я памятник, не надо не хочу,
Когда они сожгли библиотеку.
О как темно, зажгите же свечу,
Дождь перестал, и горькая потеха -
Оставить этот дом и этот мир,
Я не хочу, я не могу остаться,
Рассвет, еще один последний миг,
Ну все, пора, теперь не надышаться…

И девочка, читавшая стихи,
Едва от поймет, что с нами всеми было,
О, Люба, Люба, ты меня прости,
Разбилась лодка, и не стало быта.
Отец пришел, и значит мне пора,
Рояль раскрыт, о как же он играет
Опять с огнем, нещадная жара
Душа к созвездиям нынче уплывает

Ты говоришь про ад, мой в ангел злой,
Но нам его пристало ли бояться,
О Беатриче, ты теперь за мной,
Покой и свет, пусть бури только снятся.
И тени наполняют тихий дом,
И надо попрощаться иль не надо.
Последний день, и ливень за окном,
Их голоса откуда-то из ада.

Любовь Сушко

Сегодня Блок родился на закате. 28 ноября

                   28 ноября 140 лет назад родился Александр Блок

Сегодня Блок родился на закате,
На угасанье призрачного дня,
Печальный Велес, помня о расплате,
Пришпорил разъяренного коня
Над этим домом, где толпились гости,
Профессор встрепенулся и ушел,
И бог страстей и в радости и злости
Отметил, улыбнувшись: -Хорошо.

И конь его судьбы летел куда-то,
То выше облаков, то в пропасть грез,
За боль веков грядущая расплата,
Печаль прозрений, тихий шелест звезд.
В снегах бродила снова королева,
Он поцелуи снежные узнал,
Прислушиваясь к музыке, к напевам,
Услышал тот трагический финал.

Бунт беспощадный был всего страшнее.
И хмурый Пушкин там, на берегу
Растаял, он с гармонией своею
Исчез в тумане, память берегут
О доблестях, о подвигах, о славе,
И умирают в горести тревог,
Когда ее лицо в простой оправе
Забыл навеки обреченный Блок.

И задохнулся, помня, как прощался,
С валькирией на этом берегу,
Огонь страстей все ярче разгорался,
Но ничего они не сберегут.
И писем обреченная небрежность,
И музыка пленительная строк,
Мороз и снег, и тишина и нежность,
В наш мир ворвался с той метелью Блок

Сан-Торас

Александру Блоку

"Ночь, улица, фонарь"...

АБ.

Мир умылся утром рано
Зыбким маревом тумана.
Вглядываюсь в даль:
Дней привычные сюжеты,
Мелочь, медные монеты -
Растерять не жаль!

Повторится все сначала:
Ночь, аптека, рябь канала,
Повседневный бред.
Но домой вдоль узкой Мойки,
Захмелев с ночной попойки,
Не придет Поэт.

Повторится все иначе —
Воланд прав! Иисус - тем паче!
Только без Него.
Улица, фонарь, копейка,
Магазин, трамвай, скамейка —
                      Больше ничего...


Портрет А.Блока.
Работа Сан-Тораса.

Борис Чичибабин

 

Без всякого мистического вздора...

Без всякого мистического вздора,
обыкновенной кровью истекав,
по-моему, добро и здорово,
что люди тянутся к стихам.

Кажись бы, дело бесполезное,
но в годы памятного зла
поеживалась Поэзия, —
а все-таки жила!

О, сколько пуль в поэтов пущено,
но радость пела в мастерах,
и мстил за зло улыбкой Пушкина
непостижимый Пастернак.

Двадцатый век болит и кается,
он — голый, он — в ожогах весь.
Бездушию политиканства
Поэзия — противовес.

На колья лагерей натыканная,
на ложь и серость осерчав,
поворачивает к Великому
человеческие сердца…

Не для себя прошу внимания,
мне не дойти до тех высот.
Но у меня такая мания,
что мир Поэзия спасет.

И вы не верьте в то, что плохо вам,
перенимайте вольный дух
хотя бы Пушкина и Блока,
хоть этих двух.

У всех прошу, во всех поддерживаю —
доверье к царственным словам.
Любите Русскую Поэзию.
Зачтется вам.

Эдуард Скороходов

Александру Блоку...

Перед рассветом ночь особенно темна - без рубрики

Памяти Александра Блока - без рубрики

Жизнь - без рубрики

Девочка... - мистика и эзотерика

Страсть по А. Блоку - шуточные стихи

Они царями были рождены... - философская лирика

По вечерам... - любовная лирика

Читая Блока... - без рубрики

Александру Блоку... - философская лирика

Алекс Петровъ

Урок словесности. 1892 г

Урок словесности. За партой юный гимназист.
Коротко стрижен. Губы сжаты.
С каким-то отстранённым взглядом
спросил:

– А можно прочитать стихи?

– Ну что ж, читай.

И голосом трагическим и резким
он прочитал:

«…Неброские черты пленяют легковерных,
Вокруг поют немые голоса,
Прикован я цепями в царстве Смерти.
Небесный град передо мной восстал,
И понял я: сейчас ко мне Невеста
Придёт из Сна…»

– Ну как? –
спросил он после чтенья.

– Хм, хм… Вне всякого сомненья,
коль вы потрудитесь ещё,
то выйдет толк.
Советовал бы вам быть поконкретней:
про муки рассказать "страдающего брата",
про то, что надобно трудиться,
про крестьянство…
Ну, знаете, как Надсон…

Тут прозвенел звонок.

– Да, юноша, как звать вас?

– Саша.
Блок.

Александр Верба

   

Александр и Любовь. Блок и Менделеева

Двадцатый век ещё так робко юн,
Как неосознанное чувство девы.
Ещё устами птицы Гамаюн
Не обагрились вещие напевы.

Усадьбу Блоков будит чувств весна,
Охвачен хлопотами тихий флигель.
В его стенах – уют и новизна.
Ничто любви не предрекает гибель.

Меж красных рыб по стенам – веера,
На старой скатерти лоскутной – ваза,
И над дерновым канапе два вяза
Ветвей сплетают свод. Ещё игра

Не перешла невидимой черты,
Ещё забавен культ Прекрасной Дамы.
Но демон в чашу молодой четы
Льёт яд эстетско-философской драмы.

Владимир Сафонов

Мотивы Блока-грусть моя...

"Ночь, улица, фонарь, аптека.
Бессмысленный и тусклый свет"...
В начале рыночного века,
всё так, всё так, исхода нет...

Кому идти да и куда?
К прилавкам разве и кормушкам...
Ах, эти подлые года,
ах, эта жизнь на мушке.

Подлец в чести,в законе вор,
чудак немыслимый поэт...
Напрасен всякий разговор:
"Всё будет так. Исхода нет."

"Живи ещё хоть четверть века"
Всё та ж Болотная болотом,
в стране не видно человека -
не в розницу - ни скопом...

Владимир Сафонов

На смерть Блока

"Сумасшедшая, бешеная, кровавая муть!

Кто ты? Смерть иль исцеленье калекам?

Проведите, проведите меня к нему,

я хочу видеть этого человека."

Есенин.Из поэмы Пугачёв.

Двадцать первый .Начало мая.
Старых стихов последнее чтение.
Холод и реплики, угнетая,
перечеркнули былое почтение.

Кто-то смотрит, терзаясь от боли.
Кто смеётся:"Ему конец".
Блок отвечает, достоинства полон:
"Да.Это так. Я мертвец."

И стихли. В зале слышно муху...
Непонятно сложилось прощание.
Август. Седьмое. Без завещания,
он ушёл сквозь последние муки.

Душу свою оставив в строчках...
Мы продолжаем - не надо точку.

Владимир Сафонов

Памяти Блока. Грустный сонет

"Двенадцать"... Душа нараспашку -
вот она, вольному воля!
Ничего,что не пахана пашня,
ничего, только радость до боли.

Только мысли высокий полёт:
всё теперь навсегда по другому!
Только позже,он позже поймёт,
что дороги свободы в омут...

Сорок два... Разве много? Скажите...
Отчего же глубокий старик?
Передумано, пережито...
А к страданью, как к маме, привык.

И оставил прощальным приветом:
"ветер, ветер на всём белом свете..."

Зюфс Ифрек

Любимому поэту А Блоку 12. П

"...И вечной ночи не боюсь."

А.Блок

За окном все сгущается вечер,
И все уже зари поясок...
Как бессонницы летней предтеча -
Боль опять мне стучится в висок,
Беспокоит щемящею нотой...
Мои мысли отягощены -
Если в жизни не поняли что-то,
Мы тому и не знаем цены.
Но познав то, что дорого, свято
И утратив (чьей волею злой?),
Надо числить себя в виноватых
И со всеми казниться виной.

Поездов не случилось крушенья,
Самолеты по курсу прошли...
Только вас, мой кумир, утешенье,
Не вернуть на пространство земли.
Вы ушли, вас давно с нами нету, -
Там ваш след, - в серебристой пыли,
Там ваш плащ дивным светится светом,
Только голос не тает в дали.

Вы шуршите нам галькою звездной
И все дальше уходите в ночь...
Голоса всех раскаяний поздних
Не смогли, не успели помочь.
В нашем городе ночь наступила,
Растворилась полоска зари...
А стихи всё звучат с прежней силой -
Вы успели их нам подарить.

Елена Афанасьева 3

Ночь, улица, фонарь...

"Ночь, улица, фонарь, аптека" -
Миг, остановленный в стихах.
Лишь год, оставшийся до века,
Как нет поэта - только прах
Неведом слову, слово живо,
Бунтует, мечется, болит.
Холодный памятник, могила...
Но дух поэта не убит,
Он разговаривает с нами
Всё также искренне, как встарь,
Миг, ставший вечными стихами:
"Ночная улица, фонарь..."

Александра Клеменцова

Любовь Менделеева 1880-1939

Писал стихи Прекрасной Даме.
Женился Блок на Даме той.
Да не по нраву, видно, маме,
И сам не близок с молодой.
Блок почитал её святою.
Она ж из плоти и крови.
А он катается с другою.
Конец семье, конец любви...

Кира Костецкая

В квартире А. Блока...

"В соседнем доме окна жолты..."

А.Блок, "Фабрика", 1904 г.

Почему-то за Блока мне стало обидно...
Вижу сверху в окно, что ему было видно:
Протекает канал, жёлты окна напротив
Из той комнаты, где сторожат вещи тёти.
Но стихов не читают, отстранённые лица,
Им во сне наяву Незнакомка не снится.
Рядом с духом Поэта, не пропитаны духом
Музыкальным, владевшим поэтовым слухом...

Между временем тем и сегодняшним - ров,
На ступенях лишь тени от старых ковров,
И подняться не просто на четвёртый этаж,
Где сидит равнодушный к поэзии страж.
Только Блокову куртку я тут рассмотрела,
Согревала она ему душу и тело,
В ней на фото с женой он красив и туманен,
Мятежами разбужен, мятежами изранен...

А хранителям всё же спасибо скажу,
Что по этой квартире с тоскою хожу...


Фото и фотоколлаж автора: Санкт-Петербург, Музей-квартира А.Блока
1-е фото: лестница в музей-квартиру А. Блока
2-е фото: музейная экспозиция
3-е фото: вид из комнаты А.Блока на канал и фабричные дома

Владимир Пипченко

Александру Блоку

Живи ещё хоть четверть века,

Всё будет так. Исхода нет.

А. Блок

Вы не прожили четверть века,
Жить оставалось девять лет.
Ночь над страной. Фонарь. Аптека.
Всё изменилось. Блока нет.

Вам слишком пресной жизнь казалась.
Вы Русь взывали к топору.
Ни одного вас не осталось
К похмельно-хмурому утру.

И вот теперь, в конце столетья
Мы тех иллюзий жнём плоды.
Когда ж окончим лихолетье
И новые взрастим сады?

Александр Блок

Певец Мечты, прекрасной дамы,
России и её пути,
Любви и ненависти драмы,
Надежды, Веры, Чистоты.

За свой короткий век прошедший
От гроз весенних, соловьёв
До знаменосца сумасшедших
И дюжины шальных штыков.

Два образа, две ипостаси
Стеснённо уживались в нём,
То мир царил, то разногласье,
Сменялась явь чудесным сном.

Женитьба и рожденье сына,
И скорая младенца смерть,
Лекарство - тихая чужбина
Остановила круговерть.

Поэт поверил новой власти,
Семнадцатый он принял год,
Резню гражданской, кровь и страсти,
И отрезвит, и оттолкнёт.

Два "философских" парохода
Позднее без него уйдут.
Что есть Любовь? Что есть Свобода?
Потомки может быть поймут.

22 марта

Когда вы стоите на моём пути,

Такая живая, такая красивая,

Но такая измученная,

Говорите всё о печальном...

А. Блок

Стих о стихе порой забавен,
Могу ли новое о нём сказать?
Путь пройденный поэтами земли
От "Ветхого Завета" до верлибра,
От вещего Гомера до Шекспира,
От Гесиода к Пушкинскому слову,
Силлабо - тоникой пренебрегая,
К которой я привык за двадцать лет,
Забыв о внутренней и прочих рифмах,
О ямбе и хорее, анапесте и амфибрахии,
О дактиле забыв и разных стопах.
Решаюсь в день весеннего солнцестоянья,
В день праздника свободного стиха,
Уитмену подобно и Рембо,
И Александру Блоку, и другим
Стих о стихе свободном написать.
Весна - вертушка, девочка в веснушках
Верлибра строки сеет по земле,
Свободе не нарадуясь своей.

Светлана Тарусина

Шахматово

Нас поманила вновь дорога,
В места , где жил когда-то Блок,
Где от классического слога
Он душу оторвать не мог.

И вот знакомые просторы,
Как мил и скромен их состав-
От косогора к косогору
Тропинки меж цветущих трав.

В зените лето...Часты грозы,,,
И, если солнца через край,
Гудят шмели, парят стрекозы
И пламенеет иван-чай.

Шоссе петляет меж холмами,
Вот перелесок, поворот,
И неожиданно пред нами
Усадьба Блока предстаёт.

Дом восстановлен, парк ухожен,
Везде порядок и уют.
Огромный труд не безнадёжен-
Здесь память сердца берегут.

За парком склон крутой,лесистый,
И под уклон тропа бежит.
Там пруд таинственно-тенистый
Покой усадьбы сторожит.

И, переживши мрак забвенья,
Усадьба снова дарит свет.
Здесь окрылялось вдохновенье,
И в мир вошёл большой Поэт.