Рафаэль-Мендель

Пришвин

Снова дни на радость не нацелены,
Нет надежды, сколько ни зови,
Я читал у Пришвина «Фацелии»
И дрожал от счастья и любви.

Повторить бы эти чувства странные,
Женский шёпот в снежности зимы,
Беличью отвагу бескапканную
Средь метельной долгой кутерьмы.

Жизнь моя, бездомная и лишняя,-
В стыдной обнажённости холмов.
Здесь, в тиши олив, не встретишь Пришвина,
Вечного творца волшебных слов.

Там лишь, где цветут болота гиблые,
Сказочник с Кикиморой на «ты».
Я читал «Фацелии», как Библию,
И пленялся мудростью мечты.

Представлял дорогу обречённую,
Напрочь позабытые края,
В сапогах бродил по лесу сонному
И считал, что Пришвин – это я.

Гладил без конца седую бороду –
То ль поэт, то ль бражник, то ль еврей.
Жаль собаки не было, которая
Лаяла на поздних глухарей.

Сергей Лучковский

Двуличный. О Пришвине

Певцом русской природы называли Пришвина,
Даже в школьных учебниках рассказы его.
Получал он от власти награды и премии,
Печатали его постоянно и всюду,
А сам говорил, что любит родную природу
И очень любил поговорить об обитателях леса.
Жил на даче и по лесу частенько бродил,
А потом, когда возвращался домой,
Душу свою изливал в своих «Дневниках»,
Ну когда же сюда придет любимый им Гитлер,
Когда же он уничтожит всех ненавистных ему,
А Советский Союз превратит в колонию,
Где установит строгий, немецкий порядок…
Был, когда-то, дед его успешным купцом,
А отец любил за карточным столом посидеть,
Проиграл конезавод и имение пришлось заложить,
Разве в том виновата была Советская власть,
Что пришлось сыну картежника бедным стать…
А потом началась Отечественная война,
Уничтожены миллионы невинных людей,
Но и после этого мнения он не изменил,
Желал Пришвин фашистам только победы
И очень расстраивали его их поражения…
Вот вам и «высочайшие чувства морального долга,
Питаемые соками народной культуры»…
Девятого мая, в день Победы, ушел он в лес,
Тяжело было видеть ему счастливые лица людей.
Знаю я, многие Сталина терпеть не могли,
Называли Жукова «мясником» ветераны,
Но никто из них поражения своей стране не желал,
Жили они тогда лишь надеждой Победы.
Как же назвать нам такого, как Пришвин?
Хуже Иуды он, презреннее Брута,
Недостоин он звания «русский писатель»,
Недостоин, чтобы дети в школе читали его.
Может, в какой-нибудь толстой энциклопедии,
Разве что поместить небольшую заметку о нем,
Родился, жил, умер, о родной природе писал
И ей же, всю жизнь, погибели страстно желал…

Филатова Наталия Олеговна

К 145- летию со дня рождения М. М. Пришвина

"...Десятки тысяч лет жили на земле люди, копили,

передавая друг другу радость, чтобы ты пришёл поднял её,

собрал в пучки её стрелы и обрадовался..."

М.М.Пришвин "Фацелия" Неведомому другу

Я пучок этих стрел поднимаю -
не стрелять,- благодарно раздать
месяцам, и апрелю и маю...
И июню отдать благодать.

Сколько лет это счастье копилось!
Миллиард у природы щедрот!
Вот, травинка с росой наклонилась
и в росинках умножился грот...

Не из камня и не из бетона,-
из причудливых ивовых лоз,
наклонивших над гладью затона
малахитовость лиственных кос...

Вот, на елях, взгляни чуть повыше,-
огоньки в новогодней ночи,
"зажигаются" красные шишки!
Не спугни их, смотри и молчи!

Хмель обвил с одинаковой страстью
ветвь ольхи и черёмухи стан.
А береза, свободна от власти,
но не властна над множеством ран!

Снежный пух от осины не тает...
Пень украсился им, старожил!
И лучи, словно стрелы летают.
Не заметил? А может не жил?

Тамара Чухманова

Осинкам холодно

Осень, уж холодно стало,
Но солнечный выдался день.
Стоял на опушке леса
Старый высокий пень.

Я на него взобрался,
Думаю: «Дай, посижу.
Лес до того красивый,
Я на него погляжу».

Зябко, и я подумал:
«Холодно ведь в лесу».
А на опушке рядом
Вижу осин полосу.

Густо растут осинки,
Жмутся одна к другой.
«Тесно потом вам будет,
Что же вы так? Постой…» –

Солнца в лесу немного,
Холодно стало им,
Вышли они согреться
Солнышком ярким дневным.

Как озорные девчонки,
Солнышку очень рады.
Любы для глаз и сердца
Яркие их наряды.

Так вот и люди раньше,
Что в деревеньках жили,
Вечером после работы
К дому порой выходили,

Чтоб на завалинке вместе,
Рядышком посидеть,
Поговорить, послушать,
Песню душевно спеть.

Ведь деревца, как люди,
Всё понимают они,
Только сказать не могут…
Ты вот и разъясни.

(По мотивам произведения М. М. Пришвина
«В краю дедушки Мазая».
(Рассказ «Осинкам холодно »)).

Щука

Щука раз попала в сеть,
Так она застряла:
Стала вовсе неподвижной,
Как бревно, лежала.

Лягушонок на неё
Радостно взобрался,
Громко квакал и урчал,
В общем – наслаждался.

Щука-то ещё жива,
Зубы все в порядке,
Но лежит, как огурец,
На зелёной грядке.

Лягушонок ведь не глуп,
То ему не кажется,
Что она его не съест. –
Вот он и куражится.

(По мотивам произведения М. М. Пришвина
«В краю дедушки Мазая». (Рассказ «Щука»)).

Именины осинки

Пробрался куст шиповника
К осинке молодой:
«Наверное, нерадостно
В лесу стоять одной?

Вдвоём нам будет лучше,
Давай с тобой дружить,
Так веселее будет
И радостнее жить».

Теперь они друг другу –
Надежда и оплот.
Конечно, у них много
И на двоих забот,

Но ведь справляться с ними
По одному – сложней,
Вдвоём – гораздо лучше,
Надёжней и верней.

Шиповник – друг хороший,
Она – ему под стать.
Во всём они друг другу
Желают помогать.

Как раз на именины
Осинка расцвела,
Такой красивой раньше
Она и не была:

Покрыли её розы
Всю с головы до ног –
Шиповник так чудесно
Украсить её смог.

И много-много было
В тот день у них гостей,
Как говорят в народе –
Со всех аж волостей.

Вот пчёлки прилетели
Попробовать пыльцы
И сладкого нектара;
И осы – молодцы,

Шмели басили дружно –
Заботливый народ.
Росу с цветков все пили
И ели вкусный мёд.

Осинку поздравляли
(И друг – не в стороне),
И счастья им желали…
То было всё при мне.

(По мотивам произведения М. М. Пришвина
«В краю дедушки Мазая». (Рассказ «Именины осинки»)).

Тамара Чухманова

Лягушонок

Ещё снег кругом лежит,
Но от солнца плавится,
Значит, скоро вновь придёт
К нам весна-красавица.

Так на солнышке тепло –
Появились лужи.
Всем охота отдохнуть
От недавней стужи.

Как то талая вода
Вглубь под снег попала,
Лягушонок под ним спал,
Как под одеялом. –

Крошка, розовый такой,
Очень симпатичный.
В общем, видно по всему,
«Парень» он отличный.

Он по глупости решил,
Что весна настала,
Лихо выбрался наверх
Из-под «одеяла».

А теперь ему куда?
Ну, конечно, к речке!
Но герой наш – на снегу,
Вовсе не на печке.

Поскакать-то поскакал –
На снегу следочки:
Ровной ниточкой сперва,
А потом – клубочком.

Что случилось? Почему
Он так куролесил?
Ведь попрыгал он к реке
И здоров, и весел.

По следам его идём:
«Стойте. Передышка».
Видим – на снегу лежит
Розовый малышка.

Без движения уже,
Растопырив лапки.
«Жаль, что нет на голове
С мехом тёплой шапки».

Лягушонка стали греть
Мы своим дыханьем,
Кто-то греть, а кто томиться
Долгим ожиданьем. –

Оживать не думал он.
«Ты, малышка, что же?
Мы хотим, чтобы ты жил.
А ты – нет, похоже?»

Принесли его домой:
«Вот что сделать надо.
Или мучились зазря?
Будет нам награда!»

В неглубокий котелок
Мы воды налили
И безжизненное тельце
В воду опустили...

«Посмотри», – и брат тихонько
Головой кивает.
Видим: лягушонок наш,
Вроде, оживает.

«Вот и ладно. Хорошо.
Так должно и быть».
Начал подопечный наш
Лапкой шевелить.

Ну а вскоре ожил весь.
«Честь тебе, хвала!
Только ты теперь у нас
Будешь до тепла».

Когда грянул первый гром,
Вылезли лягушки,
Мы к знакомой нам реке
Навострили ушки.

Лягушонка своего
В воду отпустили
И в напутствие ему
Мы проговорили:

«Ну, живи, малыш, плыви!
Но, не зная броду,
Больше в жизни никогда
Ты не суйся в воду!»

(По мотивам произведения М. М. Пришвина
«В краю дедушки Мазая». (Рассказ «Лягушонок»)).

Старый пень

Старый пень стоит в лесу.
Да кому он нужен? –
Некрасивый и гнилой,
Разве кто с ним дружен?

И задумал я, друзья,
В том удостовериться.
Что я вижу! Вот так да!
Даже и не верится! –

Пень стоит – труха трухой,
Ткни – вот- вот развалится.
Глядь – берёзка из него
Выросла и хвалится:

«Этот пень – мой добрый дед.
Он такой хороший!
В будущем я на него
Быть хочу похожей».

Распустилась, расцвела
Стройная красавица,
Ей расти на старом пне,
Видно, очень нравится.

У пенька растут цветы
(Что тут только нету),
И все тянутся к нему,
Как к родному деду.

А на пне, на светлом месте
Три кузнечика сидят,
До того им тут комфортно –
Даже прыгать не хотят.

Пара жужелиц уселась,
Им здесь тоже – благодать.
А ещё – большие мухи
Приготовились поспать.

Рядом ящерки ютятся,
Где нагрело солнцем пень.
Не спугнёшь их – пролежат так
Целый долгий летний день.

От пенька неподалёку
Папоротники разрослись.
Будто к старому дедуле
Они в гости собрались.

Ветерок листок наклонит,
И другой, и так подряд. –
Это гости с добрым дедом
Всё о чём-то говорят.

Я смотрел и удивлялся:
Так с чего же я решил,
Что на этом белом свете
Старый пень своё отжил?

Вовсе нет! Смотрите, многих
Добрый дед объединил.
Это значит, что для них он
Хоть и стар, но очень мил.

(По мотивам произведения М. М. Пришвина
«В краю дедушки Мазая».(Рассказ «Старый дед»)).

Александр Плитченко

ПРИШВИН

Думал я:
Соглядатай природы,
Специальный свидетель того,
Как живут луговые народы,
Как рождаются светлые воды,
Был избавлен судьбой от свободы
Не жалеть живота своего
За всеобщее нищее счастье –
В общем деле ничтожно участье
Кропотливой работы пера –
Что он выдал за жизнь «на-гора»?

Закатились кровавые годы...
Я гляжу на него сквозь года:
Он не раб,
Он – осколок свободы,
Сам – явленье, как светлые воды!
Соглядатай? Глашатай природы!
Он душой не кривил никогда,
Сочиняя не косо и криво,
Но прекрасно, светло, кропотливо,
Был он сам словно зрелая нива...
Ну, а слава –
Труха, ерунда...

Яков ХЕЛЕМСКИЙ

*   *   *

Такая чистота звучания,
Такая простота и свежесть,
Как будто входишь в утро раннее,
Под первыми лучами нежась.
Любуешься земной палитрою,
Ещё не яркой спозаранок,
И слышишь песенку нехитрую
Росой умывшихся зорянок.
Пьешь, наклоняясь к струне, которая
Из-под корней, сквозь толщу дерна,
Пробилась – не сдержать напор её, -
Целительна и непокорна.
Заря, исчерченная соснами,
Всё расцветила на полянке
И со словами светоносными
Сливается её пыланье.
И всё вокруг – былинка малая,
Барсучий лаз, гнездовье птичье –
полно значенья небывалого,
таинственности и величья.
Слух обостряется и зрение,
Сквозь кроны брызжут иглы света.
И всё смелее, вдохновеннее
Ты входишь в окруженье это.
Оно, негромкое, непышное,
Поёт, лучась и торжествуя.
…Так открываешь книгу Пришвина –
Земного солнца кладовую.

Михаил Дудин

Тихо

                          М. М. Пришвину

Ночной грозы угомонился гром.
Перед рассветом эхо отзвучало.
И тишина торжественна кругом,
Как изначальной музыки начало.

Сосновый лес - как золотой орган,
Пронизанный легчайшим свежим светом.
От мокрого брусничника туман
Уходит в небо, не касаясь веток.

Как мир хорош! И как я счастлив сам!
В умытом мире тайное не тайно.
Не вечность ли сейчас по волосам
Меня рукой погладила случайно?

И вновь душа, сомнений лишена,
Покоя набирается без спешки.
…И каплю обронила тишина
В фаянсовое блюдце сыроежки.

Яшин Александр Яковлевич

Михаилу Пришвину

1. Сосновая грива

Бор как озеро в разливе,
Избы хвоей занесло.
На юру крутом, на гриве
Наше дивное село.

Дикий хмель и можжевельник,
Сенокосы с двух сторон.
Солнцем даже темный ельник
В заовражье озарен.

В теплой зелени дороги,
В ручейках пологий скат,
И везде, стройны и строги,
Сосны светлые в обхват.

Не руками пусть, так песней,
А без песен не живем,
Мы до звезд, до поднебесья
С нашей гривы достаем.

1945

2. Величальная

Не сломалась моя рогатина,
И на праздничный круглый стол
С волокнистою медвежатиной
Подает хозяйка котел.

Храбрецу поют величальную.
Что ж, по рюмке за храбреца!
Но потом по стакану чайному
За умелого кузнеца!

Расстаюсь, не скупясь, со шкурою
Пусть лежит у его стола:
Не свалить бы мне нынче бурого,
Если б сталь не прочна была.

Новелла Матвеева

Памяти Пришвина

Растает ли снег? Развернется ли ландыш весною?
О чем соловьи запоют на заре без него?
Ходил он один, а умел рассыпаться толпою;
На все наши дебри хватало его одного!

Любил он природу: сносил ее козни, насмешки,
Трясину месил и укусы прощал комарам.
Пил чай с муравьями и с острым дождем вперемешку,
Давился туманом и кланялся мокрым грибам.

По-прежнему ветер пройдет по дорогам весною
И в глину проталин тревожно просыплются иглы сосны.
Но больше не выйдет он с книжкой своей записною -
Разносчик мечты и седой проповедник весны.

Растает ли снег? Расцветет ли подснежник весною?
О чем соловей запоет на заре без него?
Ходил он один, а умел рассыпаться толпою;
На все наши дебри хватало его одного!