Владимир Корнилов

ЛЕТО ПЯТЬДЕСЯТ ШЕСТОГО

                       Памяти Н. Заболоцкого

Оттепель в начале лета
Шла еще без остановки,
И сидел я у поэта
В домике на Хорошевке.

Я робел его, как мальчик,
А поэт глядел сердито
На огромный телеящик:
Там с Хрущевым спорил Тито.

Маршал гнул свое пребойко,
Не доверясь переводу.
И поэт спросил: «А сколько
У него в стране народу?

Восемнадцать миллионов?
Сотня – нипочем такому…»
И взглянул неумиленно,
Как безбожник на икону.

Я не понял эту фразу.
Мне надеждой обольщаться
Так хотелось, что я сразу,
Потрясенный, стал прощаться.

…Лето пятьдесят шестого,
Самое его начало,
Так печально и жестоко
До сих пор не огорчало.

…Господи, да что я, дурень,
Доказать хотел демаршем?
Ведь поэт поглубже думал —
Что ему заезжий маршал,

Оттепель и даже лето?…
Сердце все перестрадало
И предсмертно билось где-то
В поле возле Магадана.