Сергей Медведев

ПУШКИН НЕ БОЯЛСЯ, НУ, А МЫ-ТО?!

Стоит ли бояться пени, мыта,
скряг и кредиторов злобных стай?
Пушкин – не боялся. Ну, а мы-то?!
Надо брать во всем пример с пиита.
Знал он, где дворняга-то зарыта!
Как-нибудь, товарищ, полистай

Толстое собранье сочинений
этого веселого орла.
Сразу догадаетесь, что гений
хорошо обстряпывал дела,

Не боясь ни дьявола, ни бога:
обивал различные углы,
У господ топтался у порога…
влез в долги, но избежал острога.
Были на него банкиры злы,

Норовили Пушкина на вилле
вздернуть вместе с лечащим врачом,
И в итоге чуть не удавили.
Все ж от Бога! Пушкин-то при чем?!

Он писал про бабку и корыто,
о полете бесов на Луну,
О царях – свободно и открыто!
Пушкин не боялся, ну, а мы-то?!
Мы всего боимся: ну и ну!

Нас пугали ельцинские пьянки,
рынок наводил на нас испуг,
А сегодня даже глупых янки
стали мы побаиваться вдруг.

Киллеров пугать нас стали пули,
наркоманы, пьяная шпана, -
То-то основательно струхнули
мы с тобой, товарищ-старина!

Жизнь пугает нас по кличке Vita,
демоны берут нас на испуг.
Всюду – страх. Попробуй, проживи тут
в обществе мерзавцев и хапуг!

В церкви бродит Вий, а в роще – леший…
как же здесь прожить, в конце концов?!
Мы и не живем, а прячем плеши,
лысины, затылки и лицо

В почвы черноземные, как птицы
африканских бушей и саванн,
Норовя то скрыться за границей,
то, укрывшись пледом – на диван.

В общем, томной жизнью паразита
прожигаем скучные года.
Пушкин жил, творил, любил, а мы-то?!
Стыдно, доложу вам, господа!!!

Нам бы зарядить ТТ и пушки,
наточить ножи любой длины,
И погнать врагов до самой
Кушки, или, если надо – до Луны!

Страх и ужас – это не игрушки:
доведут до Ада и сумы!
Их преодолел товарищ Пушкин.
Ну, а мы, товарищи?! А мы?!

Соберем полков двенадцать пеших,
егерей отборных конный полк,
И тогда начнем писать о леших:
мы-то в этом деле знаем толк!

Рынок поумнеть нас всех заставил
(некоторых - через «не могу»):
Мы теперь узнали, что есть дьявол:
их на каждом встретите шагу!

Так что опыт дьявольского быта
мы должны учесть, чтоб не пропасть.
Пушкин презирал чертей. А мы-то?!
Что – не тот размер, другая масть?!

Ну-ка, выпьем с горя: где же кружки?
Разливай шампанское и пей!
Пил, по слухам, сам товарищ Пушкин;
ну, а мы-то что – его тупей?!

Перед нами дверь в Эдем открыта:
хочешь, заходи, открыв ногой.
Пушкин же вошел туда, а мы-то?!
Кто из нас тут пасынок? Изгой?

Ах вы, дезертиры, тунеядцы!
Срочно нужен комплекс крайних мер.
Хватит вам, друзья, всего бояться.
А не взять ли с Пушкина пример?!