Георгий Долматов

Анне Ахматовой

Анна Андреевна , к Вам , не другим,
Как Вы по- женски, простите, не правы,
Нет, не из сора родятся стихи,
Небо их дарит широкой оправой.
Словно алмаз из оправы златой,
Видим не всем он и это понятно,
Светлой пока , что прозрачной звездой
В руки упав , пропадет безвозвратно.
Ночью звездою уже не взойдет ,
Но возродится такими словами,
Пусть их и сразу не каждый поймет,
В небо взглянув, заболевший стихами.

Анне Андреевне Ахматовой

Она была величественна в прозе,
В стихах таинственна и высока,
Как башня Эйфеля* в своей надменной позе,
Соната Крейцера* на все века!

Она любила и была любима,
Но те, кто были у ее руки,
Увидев ангела в глазах, каким была хранима,
Осознавали, как с ней далеки.

Она в окно печальная глядела
И виделось ей Царское село*
И лес, заснувший в небе, без предела,
К нему дорогу снегом занесло.

Хулу и славу жизнь чередовала
Потеря мужа, сын давно в тюрьме.
Она цветы стихами оживляла,
Что задыхались в заоконной мгле.

Во сне главою буйной Антиноя
Являлся Модильяни* иногда
И бусы вешал нежною рукою
На шею, исчезая навсегда.

Перчатка правая шла вдруг налево*,
Напомнив шелест пушкинских шагов.
В окно смотрела гордо королева,
Не слыша своих собственных стихов.

Семнадцать месяцев в тюремных передачах,
Где километры судьб- очередей...
Блокада, дистрофия , слезы пряча,
В войну она поверила в людей.

На даче в Комарово с молодыми
Поэтами, под водку и "бычки"
Она вплела в их судьбы свое имя,
На жизнь учив настраивать стихи.

Но не ушла от нас, она осталась
В стихах и звучном голосе своем,
Забыв про смерть и презирая старость,
В сердцах живых особенным огнем.


Р.S. Эйфелева башня была построена в один день с днем рождения Анны Ахматовой, как и написана Бетховеном Крейцерова соната- посвященная знаменитому скрипачу Родольфу Крейцеру.
Ахматова училась в Царском селе, там и познакомилась с будущим своим мужем поэтом Н. Гумилевым.
В 1906 г. в Париже Ахматова познакомилась с итальянским художником А. Модильяни
Ахматова постоянно путала перчатки