[Евгений Голубенко

Из цветаевского цикла

                                                           *   *   *
Это заразно, Марина, ей богу заразно.
Слово, как вирус, а строчка - рассадник любви.
Стих твой, Марина, меня будоражит и дразнит,
Ведь эту нежить я всем существом уловил.

Болен, Марина, по самые кончики болен.
Это, как схватки, вот-вот и начнется, пойдёт.
Каждою буквой, Марина, подмят, подневолен.
Перенасыщен стихами мой разум и рот.

Не излечим я, Марина, я ополоумел.
Перебирая, как чётки, губами слова,
Слышу тебя лишь одну в окружающем шуме
И продолжаю по буквам тебя создавать...

      *   *   *

Быть двойственным – наш крест и наш удел…
В себя вместив ПОЭЗИЮ и прозу,
Мы от домашних повседневных дел
Спасаемся, всецело тая в грёзах.

Понять нас трудно, трудно и принять.
Мы никому ни в чём не потакаем.
Нас бестолку клеймить и обвинять –
Сегодня Авель мы, а завтра Каин.

Мы разные и в прозе и в СТИХАХ,
Но там и там живём со всей отдачей.
Тернист наш путь и ноша нелегка,
Но мы, увы, не можем жить иначе.

                                                               *   *   *

Ц еловал и миловал
В сю тебя до донышка.
Е гозой именовал,
Т ёплышком и солнышком.

А в ответ на те слова
Ё мкие и лестные,
В сяко станешь ты меня
О бнимать и пестовать.

И сцелишь живой водой,
М аковостью вечера.
А х, как сладко мне с тобой,
Р адостно, доверчиво.

И до первых петухов,
Н янча ночи в нежностях,
К аждый вычерпал с лихвой
Ё мких ласк безбрежности. 

                                                                *   *   *

Гоняют наперегонки,
Задев гардины,
Обрывки строк и сквозняки,
Марина.

И длится их извечный спор,
О том, кто первый
Дотянется до наших пор
И нервов.

Чем заразиться, чем болеть
Решаем сами:
Строкой, что не забудем впредь,
Иль сквозняками.

                                                                             *   *   *


О диночество
Д ушу данью
И твою и мою обложило.
Н естерпимо
О снову ранит,
Ч етвертует и тянет жилы.

Е репениться
С мысла нету.
Т ерпеливо приимем схиму.
В идно это – удел поэтов –
О диночествовать... и сгинуть.

                                                                    *   *   *


В тишине за тебя помолюсь горячо,
Чтобы каждое слово Всевышний услышал.
Будет сердце гореть ярко-красной свечой,
Чтоб тепло и молитва стремились повыше.

Пусть послужат стихи искупленьем грехов –
В них и слабость твоя и великая сила.
Ты стихам всю себя отдавала с лихвой,
Ничего не жалела и не утаила.

Всю до слова, до буквы себя раздала
За бесплатно, задаром, охапкой берите…
Раздала и ушла, отцвела, отжила,
А взамен был посмертный в бессмертие литер.

                                                                     *   *   *


Научи, поделись чутьём,
Пропитай стихотворной хваткой.
Пусть пронижет, пусть пропечёт,
Пусть всю кротость заменит краткость.

Необузданность рифм и чувств
До рыданий, до мук, до хруста
Я в строке разместить хочу,
Уподобив себя Прокрусту.

Если сверху ниспослан дар,
То не стану играть в молчанку.
Дай добро мне, отмашку дай.
Чтоб любую осилил планку.

                                                                          *   *   *

Пела ты рябиновый цвет
И пила рябиновый вкус.
Красно-горек путь твой, поэт.
Горько-красным выведен курс.

Чтоб платить сполна за грехи,
Не щадя ниспосланный дар,
Горько-красным пишешь стихи,
Красно-горький держишь удар.

А иного выхода нет.
И пути не сыщешь назад.
Коль рябинным был твой рассвет,
Столь же горьким будет закат.