Христиана Росс

Памяти С. Есенина Подвенечный трепет вишен

Подвенечный трепет вишен
Чистотой слепит и ранит.
И таким покоем дышит…
Жеребёнком кровь буянит!
Хочется и петь! … И плакать.
Будто кто-то любит душу…
Лепестки укрыли слякоть.
Я себя такого трушу.
Земь гудит... От счастья бешен!
Кто вторгается в пространство?!
Так нельзя, наверно… Грешен…
И с земным в опасном танце.
Но ликует вся округа,
Гулкие шаги считая!
То ль невеста, то ль подруга...?
О, Весна! Себя не знаю…
Как влюблённый, на коленях.
Всё твоё…, а мне так сладко.
Ожидаю повелений,
И боюсь взглянуть. Украдкой
Аромат ловлю движений,
Выдох шёлковых касаний.
Но не верю наслажденьям
И не щедр на обещанья.
Распластаюсь пред Тобою.
И уткнусь в подолы вишен
И от нежности завою…
Видно … Бог меня услышал.

Памяти поэта

Сонной ранью, будто ангелом утешен…
Веки сомкнуты и трепетно легки.
Расставаньем с маетою здешней
Тают клином в облаке стихи.
Им смолчать ли, боль не выжимая,
Как рябину талую в горсти…,
Огненные пятна оставляя,
На рубахе горькой нежности.

И хмелела совесть, не желая,
Ни любви, ни Родины такой!
Чудилось ли, тихо напевают:
«Со святыми, Боже, упокой...»
Потешался: -- Не моя ли тризна?! --
Сплёвывая с кровью спазмы слов.
-- Ах ты, Русь моя!! Очнись! Молись, Отчизна…!
Сгинут верные из любящих сынов!

Взбаламутит чур своё болото!
«Мы! построим новый мир…!» И вот…
Псы лакают старую блевоту…
Ум без Бога – ненасытный волк.
Он чумной, как бесноватый малолетка,
Скинув золотой оклад с Небес,
Влез в алтарь и отменил декретно
Бога, Церковь, душу и исчез.

В этой несусветной круговерти
Жизнь обманута, бесстыдна и лиха.
Под прицелом дула тени смертной
Смерть для очищения греха.
…Спит туман над тихою деревней.
Клевер пахнет тёплым молоком.
И листы на дремлющих деревьях
Серебрятся под ночным зрачком.

Бог рассудит, кто и как был грешен.
Яблони роняют лепестки…
И разбуженная чуткой ранью нежность,
Как неспетые Есениным стихи…