Анатолий Мармазов

Студент и царь. Памяти А. Полежаева

Царь был грозен и неистов,
И в своих сужденьях краток, -
После казни декабристов
Наводил в стране порядок.
И под эту «чистку леса»
За греховные стишата
Молодой студент-повеса
Был однажды сдан в солдаты.
Он не ждал судьбу такую,
В разбитном кругу вращаясь…
Прямо в лоб его целуя,
Царь сказал ему, прощаясь:
«Верной службой постарайся
Ты добиться искупленья.
Станет худо – обращайся,
Помогу без промедленья!»
Был студент – худой и бледный;
Царь отвел глаза устало, -
Видно, жалко в миг последний
Глупой молодости стало.
Сердцем чувствовал, быть может,
Соответствуя моменту, -
Не ответит, не поможет
Заплутавшему студенту.
Прожил тот всю жизнь в казармах,
Много бед вкусив при этом,
Чтоб без лоска и без шарма
Просто – русским стать поэтом! 

В походе. Памяти А. Полежаева

Далека ты, путь-дороженька.
Пыль клубится позади.
От ходьбы устали ноженьки,
Нету воздуха в груди.
Наклонилось небо знойное
Над засохшею стерней.
Бьется сердце беспокойное
Под "сермяжною" броней.
Безоглядна даль свободная,
И привычны для нее
Снаряжение походное
И солдатское ружье.
Схватки жаркие, военные
Сердцу чудятся уже.
Пожеланья сокровенные
Есть у каждого в душе.
С виду все – ребята бравые,
Но под спудом долгих лет
Тают силушки немалые, -
Ни семьи, ни дома нет.
Командиры только лаются
На служивых там и тут,
Ко всему-то придираются
И пощады не дают.
Зуботычиной с угрозами
Бедных потчевать – не грех,
Да и «каши» той, березовой,
Хватит вволюшку на всех!
Ох, не мед ты, служба царская! -
То походы, то муштра.
Масса серая, солдатская
В поле движется с утра.

Черные глаза. Памяти А. Полежаева

Был тих и нежен голос лета
Впервые за десяток лет.
Душа несчастного поэта
Летела бабочкой на свет.
Водили в селах хороводы,
По рощам пели соловьи, -
А он смотрел в речные воды,
Забыв про беды все свои.
Луч света лунного плескался,
С ресницы капала слеза.
И образ женский появлялся:
И стан… и черные глаза.
В них часто видел он участье,
Того не зная наперед,
Что краткий миг земного счастья
Его до смерти обожжет.
Что он, стремясь душою грешной
Быть с райской жизнью заодно,
Лишь полнит болью ад кромешный,
Куда вернуться суждено.
Судьба измучила поэта
И будет мучить все сильней…
От вспышки радостного света
Глухая ночь – еще темней!