Мережковский
1865-1941
Кофе "Мокко"Зинаида Николавна и Дмитрий Сергеич
тревожно вглядывались в месиво пург,
когда, золотеющ церквами и набережными сереющ,
и непоправимо сыреющ
и неумолимо стареющ,
от взрывов народовольцев
откашливался Петербург.
З.Н. и Д.С. тогда были еще молодыми,
они еще полагались на добрую волю небес,
но что-то уже различали в ползущем по улицам дыме
призрак,
дома перешагивающий
с винтовкой наперевес,
нацеленной и на Плеханова,
и на З.Н. и Д.С.
Он шел по проспекту Невскому,
по Библии и Достоевскому,
по людям и по иконам,
по нотам, картинам, стихам.
"Митя, ты знаешь, боюсь я
громилы этого дикого".
"Ты что, не узнала, Зина?
Всеобщее русское дитятко.
Наше произведенье.
Товарищ Грядущий Хам".
И если 6 они представили
слова "продразверстка",
"лишенцы",
"ЧК",
"РКП",
"раскулачиванье",
а после "КПСС"
"Боже, неужто все это
будут учить даже ненцы?" -
З.Н. бы вздрогнула зябко,
и горько вздохнул бы Д.С.
И от морковного чая
так далеко до мокко,
а там, где есть мокко,
к несчастью,
одни иностранцы кругом,
и жить бы в свободной России,
хоть под мечом Дамокла,
но не под смазным,
занесенным
над головой сапогом.
Комментариев нет:
Отправить комментарий