Руслан Ровный

Мирре Лохвицкой

Память Мирре Лохвицкой давайте почтим.
Ведь её это женская лира,
Как Сапфо, возгласила нам эллинский гимн
Первым чувственным русским кумирам.

Мирра – творчества лёгкий был твой псевдоним,
Благовонные, пряные смолы.
Всех смогла обаять ароматом таким
И осыпать сиренью лиловой.

Я пронзён, я отравлен той пылкостью чувств,
Чем ты тешила эго Бальмонта.
Так с начала времён стихотворных искусств
Мир внимал искушеньям архонта.

В твоей лирике нежный цветов аромат,
Окуряющих ночь благовоний.
И луны утончённый, таинственный взгляд
И любовные муки агоний.

Как морскою волною накрыла меня,
Пронизала все поры сознанья
Та поэма, где рыцарь вдаль гонит коня,
Игнорируя девы признанье.

А колдуньи в лесах проявление чар -
Дар воды с заклинанием сердца.
Распалила любовника в друге пожар,
Как полуденный зной иноверца.

Как же смело ты, словно жена палача,
Мир обыденный бросила серый,
Словно рыцарю, в ноги кидая с плеча
В белом вальсе цвет лилии белой.

Лунной жрицей бродила ты в Храме Любви,
Где, как звёзды, горят изумруды
И голодный Ваал в жертв избранниц клеймит –
С опоясками дев луногрудых.

Грёзы девушки в вешнем цветущем саду
Ты волнительно так описала,
С приворотной водой, отражавшей луну,
Ароматы любви источала.

Митиленские страсти лесбийской Сапфо
Сердцу пылкому были не чужды.
Только чувства цветок, словно в замок, в кашпо
Заточён был с тоскою недужной.

Подло предал тебя твой божок Лионель.
Он нарцисс и, с цинизмом Бодлера
Кто эротики наигрыш спрятал в свирель,
Сладким ядом травя адюльтера.

Воскрылилась в ответ духом твёрдая мать,
Пятерых сыновей поднимая,
Только пала сама, не смогла устоять,
Неувядшим цветком облетая.

Я любуюсь тобой, милый ангел без крыл,
Под осыпанным цветом сирени
Кто надгробный свой камень в стихах предложил
Для любовников уединений.

Я гляжу на тебя как сестру или мать
Северянина и Гумилева,
Но не может, увы, гимном радостным стать
Некролог эпитафии новой.

Твоя лирика тайну лазурных небес
Прячет в код поэтических генов,
Где шумит, как прибой, тамариндовый лес
И беснуется молк Карфагена.