Анатолий Иванович Третьяков

Вспоминая Некрасова

Как много на свете прекрасного,
Но больше уродства вдвойне!
Читал до утра я Некрасова,
И многое вспомнилось мне.
И тексты уже подзабытые –
Легко так – читал я с листа.
Там, горем крестьяне убитые,
Свои покидали места.
Там лес вырубали и Саша
Рыдала под стук топора,
Ванюшу одёрнул папаша:
Родной, за работу пора!
Какой-то мужик застрелился,
И рожь коробейник измял:
Всю ночь он с зазнобой рядился –
Всё - на поцелуи менял.
«Парадный подъезд» без волненья
И слёз не могу я читать.
И женщины в русских селеньях,
Былинным героям подстать!
Вопросом каким задаётся
Крестьян любопытных кружок?
Кому на Руси лишь живётся
И весело и хорошо?
Солдатки мелькают и вдовы,
Идут бурлаки бичевой…
Век старый сменяется новым.
А нового нет ничего!
Страдаем, но верим в удачу…
Коржавин скорбел, говоря,
Что кони всё скачут и скачут,
А избы горят и горят!
О! Как, человек, ты ничтожен,
Так подлого много в любом!
Мы сами себя уничтожим,
И даже без атомных бомб.
Неужто всё кончится разом,
И зло не имеет границ?
Не ведал, конечно, Некрасов,
Что царство настанет убийц!

Муза Некрасова

С синим отливом зелёные сосны,
Как там прекрасно в летние дни!
Только вот к ним подобраться не просто –
В частном владенье они…

Барин в законе и вправду был хватом:
Столько земли отхватил!
Ходят с собаками и автоматом
Двое тоскливых верзил.

Взял эту тему, пожалуй, напрасно я –
Бог меня выдаст, свинья меня съест!
Здесь пригодилась бы муза Некрасова…
Как написал он «Парадный подъезд»!

Просто ли враз оказаться холопами?
Князь-то из грязи… Матёрый бандит.
Вышел из зоны - и вот на Европу
И на Америку сверху глядит!

Я Россиянин – страны этой подданный.
Кто породил криминальную знать?
Сколько России осталось не проданной?
Кто мне ответит – хотелось бы знать?