Александр Тимаков

Реквием по Серебряному веку

Как снег на голову,
          водою из ушата –
Такие чувства,
          будто вышел на обрыв,
Когда рождений и смертей
          читаю даты
Я века прошлого,
          поэтов том раскрыв.

И в сердце холодок,
          и задрожат колени
От неизбежности
          последнего пути:
Бурлюк и Гумилев.
          А Белый? А Есенин?
Кого-то там еще
          забыли извести…


Грааль – Арельский, Лившиц,
          Марков и Орешин,
Кузьмин, Олимпов, Клюев,
          Мандельштам, Клычков,
И Большаков,
          и Северянин – безутешен,
Петля Марины в сорок девять,
          Третьяков…

Как много их, творцов
          великих и крылатых,
Евтерпа снова не дочла
          в строю своем!
Так век Серебряный ушел
          в Тартар тридцатых
И канул в Лету –
          невозвратный водоем.

И сыплет память
          безответные вопросы,
Но мысль отыщется,
          как Ариадны нить:
Доколе в доме
          будут пьяные матросы
На свой шальной манер
          порядки наводить?

Но прочерки меж дат –
          затравленные жизни.
И окунаясь в бездну
          этих темных лет,
Хочу спросить одно:
          "Как ты могла, Отчизна,
Поэтов стольких, не моргнув,
          свести "на нет"?

Серебряному веку

“И знаем, что в оценке поздней

Оправдан будет каждый час”

А. Ахматова

Мы умерли, не оценив надгробий,
Не погрузившись в слово до границ
Безмолвия, и тень междоусобий
Проклятьем пошлости вальсирует на бис.
Мы — мельче, мы — ничтожней! В самом деле
Мы окунулись памятью в корысть.
Быть может, по-житейски, мы умнее,
Но лучше нам с собою развестись…

Нет зависти — есть только восхищенье
И только есть желание сполна
Ворваться в средоточье средостенья,
В котором Вами пущена волна
Изысканной новаторской работы
Со словом, звуком, ритмом и стихом:
Вы жизнь вдохнули грудью полной квотой
И, знаю, не жалеете о том!

Вы пережили ворох треволнений,
В лицо надменно ад пахнул крылом,
И цену самых ярких сновидений
Изведали, считая ремеслом
Могучий дар, до коего нам грешным
Не хватит сил духовных дорасти…
Но то, что Вами поднято, Небесным
Мы почитаем… Господи, прости!