Колыма

Михаилу Лермонтову

«Не смейся над моей пророческой тоскою;

Я знал: удар судьбы меня не обойдет;

Я знал, что голова, любимая тобою,

С твоей груди на плаху перейдет».

М. Лермонтов

***
Как демон меж землей и небом
Из рук судьбы ты принял жребий.
Коня оставил у дорог.
Разверзнута земля у ног.
В краю безжалостных сердец
Тебя зовёт к себе отец.

Шотландец с козьим арбалетом
Иль горец славный, сын Кавказа,
В поэмах и стихах воспетый,
Стремился в горы, словно в сказку.
Отверженный и не любимый
Ты проклял собственное имя.

По просьбе русского дворянства,
И царской милостью для резонанса
Убит немытою Россией.
Талант, божественные силы
Ценою в грош и пуля в грудь,
Чтоб не вздохнуть и не взглянуть

На женщин, встреченных однажды…
Суровый рок казнил тебя.
Ты нравственной измучен жаждой.
Разлукой с Родиной скорбя,
Не мог им мужем стать желанным…
В руках перо, кинжал буланый.

С глазами полными огня
Чеченочке душа верна.
И детскую любовь навеки
Не смоют лжи постыдной реки.
На плаху с гордой головой
Пришёл, не сломленный толпой.
Михаилу Лермонтову
Колыма
«Не смейся над моей пророческой тоскою;
Я знал: удар судьбы меня не обойдет;
Я знал, что голова, любимая тобою,
С твоей груди на плаху перейдет».
М. Лермонтов


***
Как демон меж землей и небом
Из рук судьбы ты принял жребий.
Коня оставил у дорог.
Разверзнута земля у ног.
В краю безжалостных сердец
Тебя зовёт к себе отец.

Шотландец с козьим арбалетом
Иль горец славный, сын Кавказа,
В поэмах и стихах воспетый,
Стремился в горы, словно в сказку.
Отверженный и не любимый
Ты проклял собственное имя.

По просьбе русского дворянства,
И царской милостью для резонанса
Убит немытою Россией.
Талант, божественные силы
Ценою в грош и пуля в грудь,
Чтоб не вздохнуть и не взглянуть

На женщин, встреченных однажды…
Суровый рок казнил тебя.
Ты нравственной измучен жаждой.
Разлукой с Родиной скорбя,
Не мог им мужем стать желанным…
В руках перо, кинжал буланый.

С глазами полными огня
Чеченочке душа верна.
И детскую любовь навеки
Не смоют лжи постыдной реки.
На плаху с гордой головой
Пришёл, не сломленный толпой.