Афанасий Ботяновский

О поэте Гумилеве

 
Его избрало в мученики время,
И светел был его раскосый взгляд.
В Спасителя он верил перед всеми
И грудью встретил большевистский ад.

Он в августе погиб. И Бог был зритель.
Трагическим героем стал пиит.
Он был казнен, как некогда Спаситель,
Но путь его Россией не забыт.

 

О кончине Гумилева

Шутить, курить в последний, смертный час
И, улыбаясь неземному свету,
В крови в траву зеленую упасть –
Не вижу лучшей смерти для Поэта.

Блок и Гумилев

Бог – испытующее око.
Как весь туман России – Блок.
И пред стеною одиноко
Стал Гумилев как древний бог.

Бубенчик блоковского слова
Умчался с пеньем далеко.
Старинна паперть Гумилева –
Молчит на службе высоко.

Читал Блок вдумчиво и ровно,
Он с безразличьем на лице
Стоял поэзии колонной,
Стоял и думал о венце.

И нет раздумий в офицере –
В серебряном блуждать кольце,
Венок от всей России белый
Иль пуля славная в конце.

А я, в каком стою убранстве?
Какой конец мне Богом дан?
Мне, мещанину средь дворянства
И дворянину средь мещан?