Евгений Храмов

Диккенс

Время голода, мрака, дикости
Надвигалось с той стороны,
Почему-то читали Диккенса
Очень много во время войны.

Оступаясь, по льдистой темени,
В скудно топленные дома.
Как послы от мирного времени,
Приходили его тома.

От сверчка на печи, от камина,
От стола, где млеет пирог,
Приходили в мир сахарина.
Мокрой соли, худых сапог.

О великие сочиненья!
Похищенья и разоренья,
И всегда счастливый финал.
Нет, не умер ваш славный автор,
Будет жить и сейчас и завтра,
Потому что многое знал.

Он смотрел сквозь рассветный пепел,
Видел он Бонд-стрит и Уайт-Чэпеп,
Темзу, запитую серебром.
Видел клерков склоненных затылки
И упрямое пламя коптилки
Там, в Казани, в сорок втором.