Осип Мандельштам
Мы живём, под собою не чуя страны,
Наши речи за десять шагов не слышны,
А где хватит на полразговорца,
Там припомнят кремлёвского горца.
О. Мандельштам
В Варшаве рос и Петербурге.
Многоязыкая Европа
Вкус и талант отшлифовала.
Писать стихи он начал в детстве
И соответствовали моде.
Был принят в "Башне" Иванова,
У звёзд поэзии учился,
И Гиппиус, и Гумилёв
С Ахматовой его взрастили.
Гражданская война с разрухой
Гнала его из края в край.
Аресты и освобожденье
Что под ногами, чья страна?
Уже Сибирь ему видна,
Бухарин всё же выручает.
Второй арест, большим этапом
Он сослан во Владивосток,
И тиф сыпной его добьёт
На нарах мрачного барака.
ОСИП
Кто может знать при слове "расставанье",
Какая нам разлука предстоит,
Что нам сулит петушье восклицанье,
Когда огонь в Акрополе горит?
О. Мандельштам 1918
О, роковой четырнадцатый год!
Звучат поэту скальдов песнопенья
И романтический туман плывёт,
Английские невнятны выраженья.
Вслед мировой гражданская война,
Что петушиный крик ему пророчит?
Глядят в него заплаканные очи
И поступь Смерти вдалеке слышна.
Ещё стоит как прежде Илион,
Но год за годом тянется осада.
Вишнёвого не будет больше сада,
Стук топора похож на чей-то стон.
Тридцатых лет свирепы лагеря
И привилегий не было поэтам,
Мерещилась им дальняя заря,
Мир будущего светлым был при этом.
Комментариев нет:
Отправить комментарий